Интервью с Александром Красовицким


А.К. ... ну я не знаю, что значит зарабатывать на каких-то темах. "Фолио" издает только те книжки, на которых ставит задачи заработать. Если не получается - это наша ошибка, а не плохо написал книгу автор. Поэтому изначально работая с кем-либо из авторов художественной литературы,  мы никогда не говорим: пиши вот об этом, или пиши об этом. Это - его тема, это его работы. Если мы сочтем нужным работать с кем-то из авторов, мы обычно работаем с каждой книжкой, которую он написал. Написал он две книжки, мы издадим две книжки, написал 10 - издадим 10.
И.С. Только с известными?
А.К. Ну почему? Иногда с известными, иногда человек написал первую книжку, она нам понравилась. Или он выиграл какой-то конкурс - мы заметили. Или он обратился в издательство - мы заметили. Мы имеем некоторые принципы жанровые. Вот мы говорили о том, что издается попса. Можно использовать термин "попса", но тогда нужно говорить, что на украинском рынке нет раскрученных детективных авторов, авторов фантастики, женских романов, детской литературы - вот этих четырех рыночных попсовых жанров, которые имеют максимальные тиражи на московском рынке. Мы не рассматриваем рукописи в этих жанрах. Не рассматриваем, если авторы присылают рукописи. Есть другие жанры, где мы можем работать: исторический роман, городской роман, мистика... Когда вы говорите, допустим, о Роздобудько и Кокотюхе... Ну с Кокотюхой "Фолио" работает в первую очередь в нехудожественной литературе - биографической. Мы действительно издали несколько его детективов, но уже как своего автора, с которым мы работаем. "Фолио" работает с фантастами Мариной и Сергеем Дьяченко, но изначально они раскрутились на российском рынке и выступают как российские авторы там, а здесь мы издаем их в украинских переводах из того, что издавалось. Ирэн Роздобудько не является автором ни детектива, ни женского романа. Это в чистом виде литритче, что называется в мировой литературе. Поэтому здесь практически не существует авторов попсы с моей точки зрения. Та литература, которая издается - это уже то, что вы говорите там, что надо вырастить там какого-то качественного литератора. Вот из нее оно и выращивается. И потом приносит свои плоды. Сергей Жадан - это тоже литература, которая переводится на разные языки. И Лада Лузина переводится на другие языки. И это является литературой. И Ирэн Раздобудько - это литература.
И.С. То есть, вы считаете, что это именно та литература, из которой вырастают классики.
А.К. Да...Я именно таким образом считаю... Да...(пауза) Это не литература масштаба Павла Загребельного, который был действительно на особом месте в украинской литературе ХХ-го века.. Вот... Но на Украине нет книжного рынка. Маленькие тиражи - это отсутствие книжного рынка здесь, а не невозможность этих авторов писать так, чтобы их знала вся страна. Будет рынок - будут больше и тиражи. Будет больше магазинов -  будет больше книг, будут больше тиражи, будут больше авторов, потому что они будут зарабатывать больше денег.
И.С. Ну хорошо... А как быть с тем, что вот издательство выбирает своих авторов, предлагает их обществу,  а общество на них не откликается...
А.К. Почему не откликается? (строго) Вот вы опять хотите вступить в дискуссию. Я не вижу отсутствия отклика со стороны общества.
И.С. Но вы же сами сказали, что "не может дойти до читателя"...
А.К. Я не так сказал. Я сказал: на Украине мало книжных магазинов. При чем тут общество? Это государство не создало условий для развития книжной торговли. Почему в России книжная торговля существует? Потому что при приватизации книжных магазинов в середине 90-х годов было задействовано жесткое правило невозможности смены профиля. На Украине еще при Кравчуке это правило не было создано, книжные магазины перестали быть книжными. При чем тут общество? А общество хочет читать книги, но кроме как в больших городах не имеет книжных магазинов. Общество имеет книги через почту,  через интернет-магазины. Тиражи соответствуют возможностям книжной торговли.
И.С. А как вы прокомментируете тот факт, что вот та часть, надводная, коммерческих писателей не приносит той прибыли,  которая помогала бы издательству развиваться и направлять средства на развитие серьезной литературы. Как в России..(пауза) .   Или у вас приносит?
А.К. А почему "Фолио" существует?  Мы печатаем книжки только ради  того, чтобы заработать деньги. Мы не работает на госзаказе. Фактом являются 400-500 книг в год. Они ж на какие-то деньги издаются? На какие? У нас нет помощи государства. мы издаем на заработанные деньги. мы развиваемся на заработанные деньги. Я убежден в том, что украинские авторы дают возможность зарабатывать - да, не очень большие деньги. Да, сложнее работать, чем в России. Да, меньше тиражи. Но это вполне коммерческая деятельность.
И.С. (сбитая с панталыку). Так на коммерческих авторах можно раскрутиться значит?....
А.К.  Да... А на чем еще? Я не понимаю, что критерий слова "раскрутить". Сделать так,  чтобы на его книжках издательство "Фолио" зарабатывало деньги...
И.С. ... и направляло на финансирование некоммерческой литературы.
А.К. Это не соответствует нашим принципам, с чего я начинал.  Я не хочу заниматься благотворительностью. То есть, если мы стараемся раскрутить какого-то автора, то не потому,  что на другом заработали, а тут  потратили. Нет... Потому что мы на другом должны заработать, на этом заработать, и на следующем тоже. А если у меня нет внутренней убежденности в том, что эта книжка способна принести прибыль издательству, мы не будем ее издавать.  
И.С. Вы издаете за счет автора?
А.К.  За счет автора очень редко. Такие прецеденты бывают, но обычно это поэзия, которая за редким исключением не имеет рыночных перспектив. Исключение, скажем,  - Сергей Жадан и Юрий Андрухович. Но их немного.
И.С. И все-таки мне интересно ваше мнение о современных авторах.  Вы говорили, что 99%  - графоманы.
А.К.Я не так говорил.
И.С. Но так напечатали.
А.К. Я не знаю, кто это напечатал. 
И.С. Извините, я вот выписала ваши слова. "Авторы - малоинтересные. 99% - графомания. Талант найдет способ пробиться. Держать штат, чтобы читать графоманов - бессмысленно".
А.К. Действительно, из того самотека рукописей, которые приходят в издательство,  абсолютно большая часть - это графомания. Абсолютно большая часть.
И.С. А что именно вы вкладываете в слово "графомания"?
А.К. Человек пишет для себя, считая себя очень талантливым. Это его право. Он может за свой счет издаваться.
И.С. О своем внутреннем мире?...
А.К.  Не обязательно. Но с моей точки зрения это неинтересно книжному рынку. Поэтому "Фолио" не выполняет социальной функции по наведению порядка в авторском рынке. Ну пишут люди...Да? Электронный адрес издательства существует в интернете, туда приходят постоянно тексты. Но мы не можем фильтровать эти тексты, их слишком много. Поэтому чаще всего, если мы находим какого-то нового автора,  это либо результат какого-то отдельного контакта этого автора со мной или какого-то руководителя издательства, или результат выигрыша или приза на каком-либо конкурсе, например. "Коронации слова", где я там уже 7 лет в жюри. И действительно читаю все рукописи...
И.С. То есть, личные контакты играют решающую роль...
А.К.  Безусловно...
И.С. Подавляющую, так сказать...
А.К. Да, да...И кроме того жанровый контроль. Мы не рассматриваем, даже если есть личные контакты, вышеуказанные жанры.
И.С. И все-таки при отборе рукописей, что для вас важнее - мова, в смысле чисто литературный язык, содержание,  сюжет или все вместе?
А.К. Только интуитивной ощущение рыночной экспертизы.
И.С. А кто у вас эксперты? Филологи?
А.К.  (терпеливо) Я начал с того, что у нас нет экспертов..
И.С. Но ведь на сайте указан редактор, который якобы рассматривает рукописи...И указана ее имя-отчество...
А.К. Я же вам говорил: мы не рассматриваем рукописи...То есть, без предварительного отдельного контакта, когда станет понятно, что эту рукопись стоит рассматривать, ее рассматривать не будут...
И.С. Я правильно понимаю, что у нас нет литературных агентов, потому что у нас очень мало издательств? В смысле, их практически нет.
А.К. Неправильно. В функции литературных агентов есть две системы книжного рынка. Одна - англо-американская, которая строится на агентах, вторая - европейская, континентальная,  которая строится на работе авторов с издательством. В европейской практике практически не существует литагентов. Да, в некоторых случаях есть, но это скорее исключение. Во Франции агентов практически не существует, издательства работают с авторами напрямую, представляют интересы авторов перед другими издательствами для перевода на другие языкы и напрямую заключают договора.
И.С. Но они рассматривают рукописи все-таки?
А.К. Где-то рассматривают, где-то нет.. . Это зависит от размера издательства. Маленькие обычно рассматривают... Да...А большие предпочитают работать с раскрученными авторами. Не существует ни в Германии, ни во Франции практики работы издательства с авторами через агентов. Исключено. На Украине континентальная модель, и здесь не появятся литературные агенты как класс. Да, отдельные появятся... Рынок должен быть разноообразен. И в Англии бывает, что издательства работают напрямую с автором. Но чаще через литагентов. А на континенте наоборот...
И.С. То есть, фильтровать авторов - это задача маленьких издательств.. И пробиться автору можно только через них...
А.К. В принципе да...Либо автор сразу очень звездный и тогда каким-то образом заметят и до того. Либо как журналист, как специалист какой-то своей отрасли, и издательство найдет с ним контакт.
И.С. ...получается. что издательство - это чисто коммерческая организация...Но ведь оно выпускает довольно деликатный продукт...
А.К. Нет, ну кто-то так считает...Я говорю только об издательстве "Фолио", я не могу говорить о всем рынке. Я не знаю, что такое "деликатный продукт". Я считаю, что нам надо кормить коллектив, платить зарплату, развиваться, поэтому пусть государство берет на себя функции регулировки рынка, поддержки кого-либо. У нас нет таких возможностей.
И.С. Вы не считает, что у современного украинского автора ярко выраженное женское лицо?
А.К. Нет...Не знаю... Последние новинки "Фолио" - это Илья Ноябрев, это Андрей Цаплиенко... Они вроде не женщины...
И.С. Но ведь Ноябрев - это шоу-мен?...
А.К. Ну... Он - режиссер, телеведущий, а написал несколько повестей.Да. мы их издали сейчас. Перед этим Андрей Цаплиенко, который журналист канала, написал очень хороший роман. А через две недели выходит книга Константина Стогния, который тоже телеведущий.. Да...Он тоже написал книгу, но уже не первую, а четвертую, которую мы издаем. 
И.С.  ...тогда может  ярко выраженное журналистское лицо?
А.К. ...  не совсем женское лицо...Андрей Курков вроде как тоже мужчина...
И.С. Я просто слушаю радио "Ера", так там создается впечатление, что письменниці - одні дівчатка, жіночки такі...
А.К. Ну у нас тоже есть женщины - Раздобудько и Лузина, которых мы издаем из наиболее раскрученных. Но так получилось, что кроме них остальные авторы "Фолио" - мужчины.
И.С. Вам не нужна помощь государства, как я поняла.
А.К. Нет, я так не считаю.  Нам помощь, как помощь, в смысле "протянуть руку" - не нужно, нам от государства нужно только одно - чтобы государство нормально финансировали библиотеки. Ситуация, когда в рынке не хватает книжных магазинов, то хотя бы будет библиотека и будет все в порядке. И издательство заработает на поставках в том числе в библиотеки. Но к сожалению, этого нет. Во всем мире библиотечный рынок занимает до 20% от выпущенных книг, а в Украине занимает 2-3%.
И.С. А какое у вас соотношение книг на русском и украинском языке?
А.К. По тиражам на русском где-то 60%, на украинском 40%. А по количеству названий - наоборот.
И.С. А на рынок влияет язык книги? Украинская литература менее востребована?
А.К. Нельзя так сказать. Может быть, по общему объему продаж - менее востребована, зато каждая книжка, которая выходит на украинском языке - она уникальна с точки зрения того, что нет аналогичной, привезенной из России. Поэтому она более конкурентноспособна. (пауза)... Вот вы говорите о том, что нужна серьезная литература...Во всем мире это выглядит так: чем больше количество писателей, тем больше вероятность, что из этого большого слоя вырастет какое-то количество хороших писателей. Чем больше хороших писателей, тем больше вероятность, что из хороших вырастет сколько-то талантливых. Чем больше талантливых, тем больше вероятность,  что вырастет гениальный. Но если писателей вот столько, а остальные люди ушли в другие виды деятельности,  никто не будет писать в стол, без шансов быть изданным. И из этой кучки уже вероятность того, что вырастет все дерево до самого верха - очень небольшая. Поэтому до тех пор, пока не появится много книжных магазинов, для того, чтобы издателям было куда девать свою продукцию, мздатели не выпустят много книг, рынок, соответственно, не затребует много рукописей. А не появятся много рукописей - не появятся много людей, которые  будут каждый день писать, писать, писать... То есть должна быть книжная торговля...А остальное - появится. Появится.... У торговли появится спрос неудовлетворенной торговли на книги, потому что надо будет что-то ставить на полки. А сейчас наоборот. Даже того малого количества книг, которые выпускаются на Украине хватает с избытком, чтобы занять места на книжных полках. И все... Дальше некуда...Выпустить еще книги - их деть некуда. Особенно маленьким издательствам. Большое издательство каким-то образом договорится с теми магазинами, которые есть, чтобы вся наша продукция попала на их полки. А для маленького уже места не будет.
2010 год




Немає коментарів:

Дописати коментар